Еврокомиссия сдвинула сроки нулевых выбросов в ЕС с 2039 на 2040-е годы
Годовой коэффициент сокращения квот на CO2 снижен с 4,4% до 3,7% в 2031–2035 гг.
Бесплатные квоты для промышленности продлены до 2038 года, включая сектора под углеродным налогом
WWF заявил, что новый план ставит под вопрос выполнение климатических целей ЕС
Европейская комиссия опубликовала долгожданное предложение по пересмотру Системы торговли выбросами ЕС (ETS). Ждали, правда, немного другого. Брюссель подтвердил, что позволит промышленности выбрасывать парниковые газы, включая CO2, далеко за пределы 2040-х годов, вместо того чтобы свести квоты к нулю к 2039 году, как обещалось изначально. Чтобы новость звучала не совсем уж уныло, в тот же день представили План действий по электрификации — документ, который, наоборот, зовёт к «зелёному» переходу быстрее прежнего. Один пакет, две прямо противоположные скорости.
Источник изображения — engadget.com
Пакет из двух документов представили в Брюсселе 17 июля 2026 года. Защищать его вышли сразу трое: комиссар по энергетике Дан Йоргенсен, комиссар по климату Вопке Хукстра и исполнительный вице-председатель Тереза Рибера. Втроём — видимо, потому, что объяснять, как ослабление правил приближает нас к климатическим целям, в одиночку тяжеловато. Пересмотр готовился на фоне давления стран-участниц, устойчиво высоких цен на энергоносители и всё более громкой критики климатического регулирования внутри самого ЕС. Сегодня ETS охватывает примерно 40% всех выбросов Евросоюза — то есть правят не мелочью, а половиной механизма.
Потолок выбросов будет опускаться. Медленно. Очень медленно
Ключевой элемент ETS — так называемый коэффициент линейного сокращения (LRF), темп ежегодного снижения общего потолка выбросов. По прежним правилам он обнулял квоты к 2039 году при уровне 4,4% в период с 2031 по 2035 год. Обновлённая траектория выглядит скромнее:
- 2031–2035 годы — минус 3,7% в год вместо прежних 4,4%;
- 2036–2040 годы — минус 1,7% в год, то есть почти горизонтальная линия;
- фактический выход промышленности на нулевые выбросы уезжает с 2039 года примерно к середине столетия — удобно далеко, чтобы за это уже никто из ныне действующих политиков не отвечал.
Проще говоря, разрешения на выбросы будут выдавать и в 2040-е. Критики почти наверняка назовут это уступкой промышленному лобби — и придумывать им ничего не придётся. При этом Комиссия невозмутимо настаивает, что общая цель Евросоюза не изменилась ни на йоту: минус 90% чистых выбросов к 2040 году относительно 1990-го. Как медленнее ехать и приехать вовремя — вопрос, на который в пресс-релизе ответа нет.
Бесплатные квоты продлевают — но теперь с домашним заданием
Вдобавок Еврокомиссия продлевает срок действия бесплатных углеродных разрешений на несколько лет дольше, чем планировалось. Сектора под углеродным пограничным налогом (CBAM) будут получать их вплоть до 2038 года: поэтапный отказ решили сделать по-настоящему поэтапным. Дополнительно на 2026–2030 годы промышленности отсыпают бесплатных квот ещё на 6 млрд евро — так, на всякий случай.
Появляется и новый механизм условного распределения: часть квот перестаёт быть безусловным подарком и становится подарком с условием. Предприятие получает 80% бесплатных квот сразу после того, как представит план декарбонизации — то есть, по сути, за красиво оформленный документ. Оставшиеся 20% придут только тогда, когда обещанные вложения будут действительно сделаны. Соотношение неплохо описывает степень доверия к отрасли.
Самая изящная новация — с 2036 года промышленности разрешат покупать углеродные компенсации за пределами ЕС. Предложение таких компенсаций вырастет, цена на них, скорее всего, просядет, и загрязнять станет не только можно, но и дёшево — строго в рамках правил, разумеется. Заодно расширяется охват системы: под неё постепенно подводят, в частности, сжигание твёрдых коммунальных отходов.
Сто миллиардов евро, чтобы смягчение выглядело как ускорение
Ослабление требований Комиссия уравновешивает деньгами — приём проверенный. В рамках пересмотра ETS закладывается правовая основа для Банка промышленной декарбонизации объёмом 100 млрд евро для энергоёмких отраслей. Его задача — закрывать не технологический, а коммерческий риск уже зрелых проектов: технологии, оказывается, давно готовы, не готовы были только бухгалтерии.
- ETS Investment Booster на 30 млрд евро — первая очередь банка, деньги пойдут ещё до 2030 года;
- страны-участницы обяжут направлять не менее 50% национальных доходов от ETS на климатические приоритеты — более 100 млрд евро до 2030 года. Формулировка «не менее половины» намекает, куда уходила вторая;
- реформа Резерва рыночной стабильности (MSR) — его сделают гибче после 2030 года, чтобы сгладить скачки цен на углерод и сохранить ликвидность рынка.
Момент для ослабления углеродного регулирования выбран, мягко говоря, любопытный — с учётом энергетической обстановки последних лет. Но у Комиссии объяснение готово: отрасли ЕС испытывают «повышенное давление» из-за изменений в геополитическом и экономическом контексте. «Пересмотр принесёт облегчение промышленности, сохраняя при этом ключевую роль ETS в климатическом и энергетическом переходе в соответствии с Законом ЕС о климате», — говорится в пресс-релизе. Слово «облегчение» здесь, пожалуй, единственное, с чем согласны все стороны.
План электрификации: с 23% до 46% к 2040 году
Вторая половина пакета написана словно другой рукой. План действий по электрификации должен ускорить переход от ископаемого топлива к электричеству в промышленности, транспорте и зданиях, а Брюссель прямо заявляет амбицию сделать Европу «первым континентом на электричестве».
Сейчас доля электроэнергии в конечном энергопотреблении ЕС — 23%, и она не двигалась с места целое десятилетие. При этом около 70% европейской электроэнергии уже вырабатывается из собственных чистых источников: чистое электричество есть, желающих на него переходить — не очень. Индикативная цель — 46% к 2040 году, то есть удвоение за пятнадцать лет после десяти лет полной неподвижности. По расчётам Комиссии, это вдвое сократит потребление нефти, на две трети — газа и сэкономит на импорте ископаемого топлива 260 млрд евро в год.
Конкретные меры плана выглядят так:
- сокращение разрыва в цене между электричеством и ископаемым топливом — в том числе через отмену ситуации, при которой электроэнергия облагается налогом сильнее газа;
- рекомендация странам-участницам снизить НДС на электромобили и тепловые насосы;
- поэтапная отмена субсидий на ископаемое топливо — которые, напомним, всё ещё существуют;
- снижение первоначальных затрат на переход и ускоренное развёртывание электросетей;
- отдельное предложение по сетевым тарифам, поправки к регламенту (ЕС) 2019/943, включая борьбу со спекулятивными заявками на подключение к сетям;
- защита счетов за электроэнергию от будущих ценовых скачков.
Комиссия отмечает, что около 60% промышленного спроса на энергию, который сейчас закрывается ископаемым топливом, можно электрифицировать уже существующими коммерческими технологиями — промышленными тепловыми насосами и электрическими котлами. Ничего изобретать не нужно, всё продаётся. Отдельно подчёркивается роль утилизации сбросного тепла.
Реакция: недовольны примерно все, но по разным причинам
Всемирный фонд дикой природы (WWF) заявил, что не понимает, как ЕС достигнет своих юридически закреплённых целей на основе новой ETS. «Каким образом Комиссия намерена компенсировать эти дополнительные выбросы, всё ещё достигая цели 2040 года?» — спросила Камилла Мори из WWF. «Любое увеличение выбросов по ETS должно компенсироваться более глубокими сокращениями в других секторах экономики». Вопрос риторический ровно настолько, насколько ответа на него нет.
План электрификации WWF оценил заметно теплее, но с оговоркой. «Электрификация — это наш билет к энергетической независимости. Каждый установленный тепловой насос, утеплённый дом или электрифицированный промышленный процесс, работающий на возобновляемой энергии, приближают ЕС к будущему с более чистым воздухом, более низкими счетами за энергию и меньшей зависимостью от ископаемого топлива», — сказал старший политический советник WWF Арно Ван Дорен. «Но электрификация сама по себе не является стратегией декарбонизации, она должна сочетаться с амбициозными целями по возобновляемой энергии и энергоэффективности».
Забавнее всего, что недовольна и сторона, ради которой всё затевалось. Европейская ассоциация производителей стали EUROFER считает: даже с поправками предложение не решает ключевых проблем, подрывающих экономический смысл промышленной декарбонизации. Отраслевое объединение WindEurope указывает, что обновлённая ETS не делает промышленную электрификацию приоритетом ни для Инновационного фонда, ни для нового банка — и предлагает направить доходы туда, где технологии уже готовы к внедрению. То есть Комиссия ослабила требования ради промышленности, а промышленность всё равно недовольна: редкий пример решения, которым не доволен вообще никто.
Что дальше и чего пересмотр вежливо не заметил
Важная оговорка: поправки не трогают ETS 2 — отдельную систему для выбросов CO2 от топлива для отопления и транспорта. Её запуск уже отложен на год, до начала 2028 года; ряд стран, в частности Эстония, добивается либо полной отмены ETS 2, либо очередной отсрочки. Судя по динамике, второй вариант выглядит куда реалистичнее.
Само предложение — только начало пути. Документ уходит в процедуру совместного принятия решений Европарламентом и Советом ЕС; обсуждение на уровне министров экологии ожидается в октябре, переговоры растянутся на 2026–2027 годы, вступление правил в силу намечено на 2028 год. За это время формулировки успеют изменить не раз — и, если судить по тому, в какую сторону их меняли до сих пор, направление угадать несложно.
