Как спасались от жары до кондиционеров: «белое золото», сон на крышах и веранда Белого дома

Кондиционер есть у 90% домохозяйств США — и лишь примерно у 20% в Европе и 5% в Британии

До появления техники Америку охлаждала «ледяная торговля»: лёд возили гужевым транспортом и судами вплоть до Калькутты

По дороге таяло до двух третей груза, из-за чего лёд прозвали «белым золотом» — он стоил в 10 раз дороже говядины

Горожане спали на крышах и пожарных лестницах, а президент Тафт устроил спальную веранду на крыше Белого дома

К 2050 году кондиционеры могут появиться у двух третей домохозяйств мира — с очевидным климатическим парадоксом

Назвать лето 2026 года жарким — значит ничего не сказать. В Европе затяжные волны тепла и рекордные температуры перешли черту, за которой неудобство превращается в смертельную опасность: только в этом году на континенте зафиксировано около 25 тысяч смертей, связанных с жарой. И новые волны тепла ещё впереди.

Разносчики льда были привычной фигурой американского города до эпохи холодильников. Источник изображения — popsci.com

США пострадали не меньше, но смертность там удалось удержать — во многом благодаря повсеместной доступности кондиционеров. По оценкам, в 2026 году техника для охлаждения воздуха есть примерно у 90% американских домохозяйств против около 20% в Европе. В Великобритании, которая идёт на рекорд по числу смертей от жары этим летом, кондиционер стоит лишь примерно в 5% домов.

Но такая вездесущность была не всегда. Современный электрический кондиционер появился только в 1902 году, и потребовалось ещё полвека, чтобы технология подешевела до массового уровня. До этого людям приходилось выкручиваться. Более того — как ни странно это звучит для американцев, привыкших считать климат-контроль нормой, значительную часть начала XX века кондиционирование воспринимали со скепсисом.

Как публику приучали к холоду

Постепенно общество всё же прониклось идеей — чаще всего познакомившись с ней в местах массового скопления людей. Задолго до того, как о кондиционерах задумались применительно к жилью, их начали ставить на фабриках и складах ради роста производительности. Успех там привёл технологию в кинотеатры, а затем и в универмаги.

Кинотеатры от Чикаго до Хьюстона активно рекламировали свою «ледяную прохладу», и это исправно приводило внутрь потных и благодарных зрителей. Марша Аккерман, автор книги «Cool Comfort» 2002 года, писала, что кондиционирование «было частью общего развлекательного опыта». По крайней мере поначалу поход за прохладой был делом коллективным.

Холодные залы, судя по всему, поспособствовали и появлению феномена летнего блокбастера. До прихода кондиционеров в кинотеатры в 1920-х годах кинопросмотр оставался сезонным занятием. Зрители, забегавшие в зал спастись от зноя, выработали привычку смотреть кино летом — и она сохранилась до сих пор.

Летние блокбастеры во многом обязаны своим появлением прохладе кинозалов. Источник изображения — popsci.com

«Белое золото»: большой бизнес на перевозке льда

Пока кондиционеры оставались недоступны, американцы полагались на развитую инфраструктуру перевозки льда — так называемую ледяную торговлю. Эта сеть, охватившая страну и Атлантику, зародилась в начале 1800-х годов и продержалась до 1930-х, когда механическое охлаждение и холодильники стали общедоступными.

Огромные глыбы льда добывали на замёрзших озёрах северо-востока: их выпиливали ручными пилами и специальным инструментом, а затем перевозили в утеплённые склады, где лёд мог храниться месяцами. Дальше в дело вступали гужевые повозки, развозившие глыбы по всей стране, а для отправки американского льда даже строили особые суда — он доходил до Калькутты.

Лёд выпиливали ручными пилами прямо на льду озёр северо-востока США. Источник изображения — popsci.com

Но, как знает каждый, кто видел, во что превращается газировка со льдом в жаркий день, доставка твёрдого льда в тёплые края была делом ненадёжным. Сальваторе Базиле в книге «Cool. How Air Conditioning Changed Everything» (2014) отмечает: партия льда могла потерять до двух третей веса к моменту прибытия. Именно эта чудовищная неэффективность вместе с колоссальными трудозатратами и принесла привозному льду прозвище «белое золото». По подсчётам Базиле, в середине XIX века лёд стоил в десять раз дороже говядины.

Качество тоже не имело ничего общего с привычным сегодня. В глыбах застревали загрязнения из озёр, откуда лёд добывали, а лошади в дороге порой оставляли на грузе навоз. Когда такой лёд наконец таял, он нередко издавал отвратительный запах.

Гужевые повозки развозили ледяные глыбы по всей стране. Источник изображения — popsci.com

Те американцы, кто мог себе это позволить, регулярно заказывали доставку крупных глыб на дом — этим занимались «ледовщики». (В ту же эпоху привычной фигурой был и разносчик молока.) И, как и молочник, симпатичный курьер, привозивший вожделенную прохладу, стал поводом для ревности у мнительных мужей. Сюжет был настолько расхожим, что композитор Дж. Фред Хелф написал даже песню «How'd You Like to Be the Iceman?». Чаще всего лёд клали в ледник — предшественник холодильника, шкаф с теплоизоляцией, где хранили скоропортящиеся продукты.

Но лёд служил и более прямым средством спасения: массивные глыбы ставили на пол и садились на них сверху, обмахиваясь и ловя холодный воздух, поднимающийся от тающего куска. На снимках той эпохи видно, как дети облизывают огромные ледяные блоки, чтобы хоть немного отвлечься от зноя.

Для детей привезённый лёд был и спасением от жары, и развлечением. Источник изображения — popsci.com

Напитки со льдом и мороженое остаются популярными способами пережить жару и сегодня, но до эпохи кондиционеров к ним относились с куда большим почтением. По данным National Geographic, в 1922 году американцы съели около 325 млн галлонов мороженого (примерно 1,2 млрд литров). Лакомство было настолько востребованным, что крупные производители алкоголя вроде Anheuser-Busch, лишённые возможности торговать спиртным во времена сухого закона, переключились на мороженое. Пивоварня Yuengling, по имеющимся данным, выпустила в 1928 году два миллиона квартовых упаковок.

Мороженое стало массовым спасением от зноя, а во времена сухого закона — и бизнесом пивоваров. Источник изображения — popsci.com

Изобретательность в конструкции вентиляторов

Сегодня тот, кто переживает жаркий день без кондиционера, скорее всего, включит электрический вентилятор. Но и вентилятор, и кондиционер — изобретения относительно новые. А вот ручные опахала известны несколько тысяч лет, как минимум со времён Древнего Египта. Их конструкции менялись и по размеру, и по стилю: некоторые были настолько велики, что приводить их в движение приходилось слугам.

Для среднего американца, впрочем, главным средством оставался предмет попроще: массовые бумажные складные веера, появившиеся в начале 1800-х годов. Особой эффективностью они не отличались, зато были настолько дёшевы, что их раздавали бесплатно на массовых мероприятиях — в церквях и на политических митингах.

США стали и полигоном для целого ряда провальных вентиляторных изобретений. Президент Джордж Вашингтон одним из первых обзавёлся диковинным «креслом-вентилятором», где ножная педаль приводила в движение подвешенное сверху опахало. Бенджамин Франклин изобрёл собственное кресло-качалку схожей конструкции — с педалью, качавшей опахало из пальмовых листьев.

Первый по-настоящему электрический вентилятор создал изобретатель Скайлер Уилер в 1886 году — правда, в эпоху, когда электричество было проведено лишь в считаные проценты американских домов. Пока сеть не добралась до массового потребителя, нишу заполняли давно забытые сегодня конструкции. Так, в 1910 году фирма E. Paillard & Co выпустила заводной настольный вентилятор, работавший, по заверениям производителя, около получаса. Примерно тогда же компания Lake Breeze Motor выпустила настольные модели, работавшие на спирту, газе и керосине.

Сон на крыше и пожарной лестнице

До распространения кондиционеров американцы куда сильнее подстраивали быт под сезон. Сегодня смена гардероба в течение года выглядит скорее косметической, а раньше разница была разительной: рубашки и платья из шерсти и других плотных тканей оставляли на зиму, а летом переходили на лёгкий лён.

Бремя жары к тому же распределялось неравномерно. Состоятельные семьи, у которых была такая возможность, перебирались в летние дома у воды или в горах. Распространение автомобилей на рубеже XX века сделало этот вариант доступнее.

Тем, кто оставался в плотной городской застройке, приходилось искать прохладу на крышах, где хотя бы был ветер. Занятие это было небезопасным: Базиле отмечает, что прохожие нередко находили тела людей, скатившихся с крыши накануне вечером во сне.

Те, у кого доступа на крышу не было, сидели, а порой и спали на пожарных лестницах, спасаясь от раскалённых квартир. Практика была настолько массовой, что в полицейских протоколах начала XX века, по имеющимся данным, полно штрафов жильцам за перекрытые матрасами пожарные выходы.

В плотной городской застройке крыши превращались в спальни. Источник изображения — popsci.com

Дома строили с расчётом на жару

Жилые дома и многоквартирные здания до эпохи искусственного охлаждения проектировали куда внимательнее к температуре. Многие дома строили с куполами-фонарями — по сути, летним аналогом дымохода: за счёт тяги тёплый воздух поднимался и уходил наружу.

Потолки часто делали выше, чтобы горячий воздух рассеивался и поднимался вверх. Хозяева нередко высаживали высокие деревья с обеих сторон дома ради естественной тени.

Заметно помогали и открытые окна, но это очевидное решение стало по-настоящему доступным лишь к середине XIX века. До того производство стекла было дорогим, и застеклённые окна оставались привилегией состоятельной части общества. Когда индустриализация удешевила стекло, архитекторы начали размещать окна на противоположных концах комнат, обеспечивая сквозное проветривание. Тогда же, в середине XIX века, распространились веранды — особенно на юге: они давали возможность быстро выйти из раскалённого дома.

Веранды при этом не ограничивались фасадом. Недолгое время в начале 1900-х годов на крышах, задних дворах и в виде пристроек возводили спальные веранды — чтобы поймать больше естественного ветра. Такую застеклённую сеткой веранду устроил на крыше Белого дома президент Уильям Тафт в 1910 году.

Президент Уильям Тафт устроил спальную веранду на крыше Белого дома в 1910 году. Источник изображения — popsci.com

Знакомо ли это в СНГ

Многое из перечисленного отзовётся и здесь — просто под другими названиями. Ледники и погреба со льдом, набитые зимой снегом и опилками, служили русским усадьбам и городским домам ровно тем же, чем американцам их ледяная торговля. Толстые стены, глубокие оконные откосы, высокие потолки старого фонда и тень от дворовых деревьев — это тот же набор архитектурных приёмов против жары, что и купола-фонари с верандами.

Актуальность у темы прикладная. Доля кондиционеров в жилье СНГ ближе к европейской, чем к американской, а летние температурные рекорды последних лет бьются регулярно. Работают в такой ситуации ровно те же принципы, что и век назад: перекрыть солнце снаружи, а не бороться с ним внутри. Наружные жалюзи и светлые шторы эффективнее внутренних, ночное сквозное проветривание с последующим закрытием окон днём даёт больше, чем вентилятор в закрытой комнате, а сам вентилятор охлаждает не воздух, а человека — оставлять его работать в пустой комнате бессмысленно.

Станет ли американская привычка мировой

Хотя первое знакомство с кондиционером у многих американцев случилось в кинотеатрах и универмагах, настоящий перелом на уровне общества произошёл около 1950 года, когда появились массовые оконные блоки. Следующие два десятилетия они дешевели и становились экономичнее, что и обеспечило стремительное распространение по стране.

Динамика говорит сама за себя:

• 1969 год — кондиционер есть лишь у 12% американских домохозяйств;
• 1980 год — уже у 55%;
• сегодня — почти у 90%.

Эта перемена сделала лето менее изнурительным, но повлекла и куда более глубокие экономические и демографические сдвиги. Исследователи связывают распространение кондиционеров с переселением американцев в южные штаты. Технология сыграла критическую роль и в быстром экономическом росте крупных городов юга — Финикса, Атланты, Хьюстона.

Отношение к кондиционированию как к норме, а не как к роскоши, до сих пор остаётся сугубо американским явлением, хотя есть признаки перемен. Европейские политики используют всплеск смертности от нынешних рекордных волн жары как повод добиваться смягчения ограничений на установку кондиционеров. И дело не только в Европе: Международное энергетическое агентство прогнозирует, что к 2050 году кондиционер может появиться у двух третей домохозяйств мира.

В основе этого будущего лежит неустранимый парадокс: волны жары становятся настолько сильными, что жизнь без кондиционера превращается в смертельный риск, — но нынешние системы охлаждения настолько энергоёмки, что их массовое распространение почти наверняка приведёт к дальнейшему росту температур в долгосрочной перспективе.

Так что, включая кондиционер, стоит помнить, сколько энергии он потребляет, — и, возможно, на минуту задуматься о долгой истории людей, которым приходилось обходиться без прохлады в доме летом. А если техника всё-таки сломается, всегда остаётся мороженое.