Кейт и Руни Мара — не близнецы, как и их героини Джини и Джоани Холбрук в новом, странном фильме Вернера Херцога «Bucking Fastard». Более того, Джоан и Джин резко раздражаются, когда их принимают за одинаковых сестёр или называют «дуэтом». Ведь они — подчёркнуто один человек, один характер, одна роль, сыгранная на двоих. Намекнуть на различие между ними — почти оскорбление.
Источник изображения — denofgeek.com
И всё же симметрия игры обеих сестёр Мара и то, как Херцог почти всегда выстраивает кадр — Руни слева, Кейт справа, — говорит о несомненном актёрском достижении. Сёстры Мара здесь выглядят как лукавая инверсия жутковатых девочек Грейди в одинаковых платьях из «Сияния» Стэнли Кубрика и как переворот старинных ирландских сказок о подменышах-двойниках.
В фильме есть что-то тревожно-сверхъестественное, но вместе с тем неожиданно светлое и наивное. В духе натуралистических, документальных инстинктов Херцога игра сестёр выглядит наиболее свободной именно тогда, когда Кейт и Руни оказываются в буквальной ирландской глуши графства Килдэр (заменившего собой Уэссекс) в третьем акте — вдали от любопытных, подглядывающих глаз общества.
Складывается ощущение, что Херцога попросту увлекла идея увидеть, как настоящие сёстры произносят каждую реплику либо в унисон, либо подхватывая и договаривая фразы друг за друга. Это и шутка, и фильм, существующий в жутковатом сновидческом пространстве. Особенно обескураживает открывающая сцена в суде, где Джоани и Джини настаивают на том, чтобы вместе давать показания перед трибуналом Его Величества. Им грозит разбирательство: сёстры влюбились, а затем яростно и одержимо привязались к соседу — водителю лимузина (Орландо Блум). То, что он переспал с обеими сразу, тоже едва ли было мудрым решением с его стороны.
Лица Кейт и Руни мерцают между сладкой грёзой при воспоминании о встрече с этим повесой в церкви и не слишком убедительными уверениями, что они не имеют отношения к пожару, едва не спалившему его дом. Когда Блум заявляет, что они сумасшедшие, сёстры с такой синхронной яростью выкрикивают «Bucking Fastard», что в ушах возникает естественное эхо.
Примерно первый час фильм держится на этой волне, попутно и почти по обязанности выстраивая поверх шутки более горько-сладкую притчу. В безумии Херцога есть метод, что раскрывается в неожиданно меланхоличном третьем акте, — но порой одинаковых нарядов и четырёх широко распахнутых глаз было бы вполне достаточно.
Фильм вольно основан на истории реальной пары английских сестёр (которые как раз были близнецами), однако Руни и Кейт у Херцога намеренно обитают в своеобразной эфемерной альтернативной реальности. Действие формально происходит в Великобритании, но обе Мары даже не пытаются скрыть свой естественный американский акцент. Всё более превращаясь на склоне лет в документалиста, Херцог возвращается к игровому кино, чтобы отыскать сюрреализм в реальных событиях.
Нетрудно понять, чем режиссёра «Агирре, гнев Божий» и автора самой нежной и слёзной версии «Носферату» привлекла история реальных сестёр Фреды и Греты Чаплин. Их жизнь напоминает горько-сладкий лихорадочный сон, сохранённый в нескольких документальных лентах. По-своему чудаковато Херцог хочет через эту правду вообразить вымысел, исследующий цену непохожести. Создатели стремятся воспеть индивидуальность слегка беллетризованных сестёр Холбрук (помноженную на два), но «Bucking Fastard» в итоге оказывается фильмом о цене того, чтобы идти не в ногу со всеми.
Во второй половине сестёр Холбрук отвергает окружающая культура. Родители, которых мы ни разу не видим, не желают знать своих ставших печально известными дочерей; единственные их спутники — вереница мужчин, одни из которых жалеют «бедняжек», а другие, как Блум, имеют куда менее благородные намерения. Никто из них так и не достучится до Джоани или Джини. Херцог нередко предвещает надвигающуюся беду, разводя Кейт в левую часть кадра, а Руни — в правую; но это не прозрения, а скорее моменты разлада, будто лопнувшая посреди концерта струна.
Вскоре сёстры неизменно возвращаются туда, где им лучше всего: в третьем акте это жизнь в деревне с доброй тётушкой, подружившимся с ними лисом и пещерой, которая становится не слишком тонкой метафорой выстроенной ими социальной судьбы.
Как притча фильм грустно размышляет о долгой цене непохожести. Как повествование он всё больше напоминает саму жизнь сестёр: не приносит удовлетворения и лишён той счастливой кульминации, какой ждёшь, — или какой была гораздо более сильная первая половина «Bucking Fastard». Игра Руни и Кейт слишком хороша, чтобы её игнорировать, но фильму трудно оказаться достойным их сестринского единства.
Премьера «Bucking Fastard» состоялась на Нью-Йоркском кинофестивале 30 сентября.
