Почти каждый знаком с негласным правилом: перед фотокамерой нужно улыбаться. Стоит кому-то навести объектив, как от нас ждут широкой улыбки, а если медлишь, фотограф напомнит дежурным «скажите сыр!». Фотограф Шейн Балковиц, мастер мокроколлодионного процесса, давно считает этот ритуал не только поверхностным, но и бессмысленным. Искренняя улыбка, пойманная камерой, бывает выразительной и красивой. А вот натянутая улыбка напоказ — совсем другое дело. Вот почему.
Источник изображения — petapixel.com
Начать стоит с того, почему человек вообще улыбается. За этим стоит биологическая необходимость: младенцу нужно общаться с родителями. Сначала малыш улыбается рефлекторно, в первые два месяца жизни он учится различать лица. После двух месяцев ребёнок уже способен ответить мимикой — это способ связи с тем, кто на него смотрит. Младенцы — самые беспомощные существа на планете, и быстрая привязанность к родителям для них не прихоть, а условие выживания. Специалисты по поведению отмечают, что рефлекс улыбки заложен в человеке от рождения: малыш улыбается, чтобы окружающие защищали и кормили его. Улыбка — простейшая и самая ранняя форма общения.
Источник изображения — petapixel.com
Взрослые пользуются теми же мимическими сигналами, чтобы считывать настроение собеседника, но доводят улыбку до нового уровня сложности. Появляются разные типы улыбок, ухмылок и усмешек в зависимости от того, что человек хочет сообщить. В отличие от младенцев, взрослые умеют улыбаться фальшиво. Именно такие деланые улыбки, по мнению Балковица, портят ценный исторический документ, который фиксирует камера.
Источник изображения — petapixel.com
Робин Уильямс — один из самых смешных и любимых комиков своего поколения. Если бы в последний день его жизни кто-то направил на него камеру, он почти наверняка улыбнулся бы по привычке — ведь за свою карьеру он подарил улыбку миллионам. Отражала бы та искусственная улыбка его подлинные чувства в тот момент? Едва ли. Самому Уильямсу приписывают слова: «Достаточно красивой фальшивой улыбки, чтобы скрыть израненную душу».
Источник изображения — petapixel.com
Когда же люди начали улыбаться на фотографиях? В XIX веке на парадных портретах улыбки встречались редко. Камера была не у каждого, и ради снимка приходилось идти к специалисту. Позировать для официального портрета считалось серьёзным делом, доступным далеко не всем.
Балковиц работает в технике мокрого коллодия — процессе 1851 года, изобретённом Фредериком Скоттом Арчером, — и объясняет причину просто: выдержка. На заре фотографии она составляла от 30 секунд до 5 минут, а порой и дольше. Снимок-дагеротип в конце 1830-х мог потребовать до 30 минут в тускло освещённой комнате. Никто не удержит искреннюю улыбку так долго, не выглядя безумцем и не смазав кадр. В студии Балковица средняя выдержка при естественном свете — около 10 секунд, тогда как затвор смартфона открыт примерно на 1/60 секунды. Современный цифровой снимок получается в 600 раз быстрее, чем фотография 175 лет назад.
Мона Лиза, Леонардо да Винчи, около 1503–1506, Лувр
Доказательства можно поискать и в ранней живописи. На музейных стенах по всему миру искренняя улыбка с зубами встречается крайне редко. Как отмечает блог Eternal3D, художники следовали строгим правилам, чтобы их работы соответствовали культурным идеалам, и улыбка почти не входила в эти традиции — её считали неуместной для торжественности искусства. Да, у Моны Лизы есть неземная полуулыбка, но до того, что мы сегодня назвали бы улыбкой, ей далеко. На публике широкая улыбка часто ассоциировалась с простонародьем, опьянением или глупостью, и это клеймо держало улыбки подальше от портретов.
Когда же всё изменилось? Примерно в начале XX века, и причин было две. Первая — снова выдержка: с появлением более быстрой плёнки она резко сократилась, и улыбку стало проще поймать. Вторая — изобретение личной камеры. Фотоаппарат Kodak «Brownie», продававшийся примерно за $1, позволил обычным людям снимать самим. Как только фотография вышла за пределы парадной студии, стоимость портрета резко упала, всё стало непринуждённее — и снимки последовали за этим настроением.
Журнальная реклама 1950-х стремилась излучать позитив и счастье, чтобы привлечь покупателей. Только что завершилась Вторая мировая война, мир казался светлее — так родилась и разошлась по планете фальшивая зубастая улыбка. Сегодня же стоимость съёмки упала до нуля: можно сделать 50 кадров за пару секунд. По оценкам, только за один день люди снимают около 5,3 миллиарда цифровых фотографий на одни лишь смартфоны. Камеры стали изощрённее и проще: навёл объектив, приблизил, кадрировал, коснулся экрана — и момент увековечен, без всяких навыков и подготовки.
В последнее время этот визуальный поток ускорил искусственный интеллект. Теперь не нужны ни камера, ни свет: достаточно задать запрос компьютеру — и ограничений для создаваемого почти нет. Граница между реальностью и вымыслом размылась настолько, что наша история тонет в море выдуманных изображений. И да, тенденция сохраняется: даже сгенерированные ИИ персонажи улыбаются нам в ответ.
Сгенерированное ИИ изображение несуществующей улыбающейся женщины, созданное неизвестным алгоритмом
Какой же вывод? Балковиц призывает в следующий раз задуматься перед тем, как улыбнуться камере. Человек — не дрессированное животное, повторяющее трюк ради снимка. Когда на вас в очередной раз направят объектив, сделайте глубокий вдох, осознанно посмотрите в камеру и сохраните то выражение, которое у вас уже есть. Так портрет вернее совпадёт с вашим внутренним состоянием — и, возможно, получится куда более искренним, показывающим, кто вы и что чувствовали в этот миг.
Уместной оказывается и фраза Марка Твена:
Марк Твен, снимок А. Ф. Брэдли, Нью-Йорк, 1907
«Фотография — важнейший документ, и ничего более обличающего для потомков, чем глупая, бессмысленная улыбка, пойманная и закреплённая навсегда, не придумаешь.»
Шейн Балковиц — фотограф, работающий в технике мокрого коллодия, которой он посвятил более десяти лет; этот исторический процесс представил миру Фредерик Скотт Арчер в 1851 году. Балковиц не владеет цифровой камерой — он знает только аналоговую съёмку. Его оригинальные пластины хранятся в 117 музеях по всему миру, включая Смитсоновский институт, Библиотеку Конгресса, Музей Питта Риверса при Оксфордском университете и Королевское фотографическое общество в Великобритании. Он преподаёт фотографию в Bismarck State College, ведёт авторский курс по мокроколлодионному процессу и выступает с лекцией «Ловушки и опасности ИИ для человечества». Найти его работы можно в Instagram*: @balkowitsch и Facebook: @balkowitsch.
* Принадлежит компании Meta, деятельность которой признана экстремистской и запрещена на территории Российской Федерации. Социальные сети Facebook и Instagram запрещены в РФ.
