Возрастные проверки, введённые в Австралии для ограничения доступа подростков младше 16 лет к социальным сетям, показали слабую эффективность. К такому выводу пришли исследователи Университета Ньюкасла в работе, опубликованной в British Medical Journal (BMJ). Речь идёт о первом в мире национальном законе такого рода — Social Media Minimum Age Act («Закон о минимальном возрасте для соцсетей»), который вступил в силу 10 декабря 2025 года.

Источник изображения — Fg Trade Latin / Getty ImagesИсточник изображения — Fg Trade Latin / Getty Images

Что показало исследование

Учёные опросили 408 подростков в возрасте от 12 до 17 лет из штата Новый Южный Уэльс. Первый опрос провели непосредственно перед вступлением закона в силу, второй — спустя три месяца. Участников спрашивали об их активности за последние семь дней, а также о том, сталкивались ли они с проверкой возраста и как её обходили. Под действие закона попали TikTok, X, Facebook*, Instagram*, YouTube и Snapchat.

По собранным данным, более 85% подростков младше 16 лет продолжили пользоваться этими платформами, причём большинство — через собственные аккаунты. Две трети из них сообщили, что сталкивались с какой-либо формой проверки возраста. Авторы констатируют: «недостаточно доказательств сколько-нибудь значимого раннего эффекта» закона.

Самой распространённой проверкой оказалось самостоятельное указание возраста — метод, который критикуют и в самой Австралии, и в других странах, рассматривающих аналогичные нормы, именно из-за лёгкости обхода. С самодекларацией возраста столкнулись от 24 до 39% опрошенных младше 16 лет, ещё 13–27% проходили проверку, загружая селфи. При этом от 54 до 68% несовершеннолетних просто продолжали заходить под своими старыми учётными записями.

Как подростки обходят запрет

Те, кого ограничения всё же затронули, быстро нашли обходные пути:

  • Фейковые аккаунты — около 15–19% респондентов завели поддельные профили специально ради доступа к платформам.
  • Чужие учётные записи — от 9 до 29% заходили в соцсети через профиль другого человека.
  • Приватные браузеры — примерно 11% пользовались режимом инкогнито, чтобы обойти ограничения.
  • VPN — этим инструментом, вопреки ожиданиям, воспользовались лишь единицы.

Использование по возрастным группам

Динамика заметно различалась в зависимости от возраста. Среди подростков 12–13 лет уровень потребления соцсетей после вступления закона в силу практически не изменился. У 14–15-летних он снизился — с 78 до 69%. А вот среди тех, кому уже исполнилось 16 лет и кого закон формально не ограничивает, использование, наоборот, выросло — с 80 до 89%.

Что говорят эксперты

«В совокупности эти цифры описывают лишь частично реализованную политику — механизм, призванный ограничить доступ, так и не был надёжно запущен», — отметила доктор Амрит Каур Пурба, доцент факультета общественного здоровья и политики Лондонской школы гигиены и тропической медицины, автор сопроводительной редакционной колонки. «Опыт Австралии показывает: законодательно закрепить ограничение — не то же самое, что обеспечить его соблюдение. Когда подтверждение возраста сводится к самодекларации, большинство подростков продолжают получать доступ к закрытым платформам. Странам, которые сейчас вводят похожие меры, придётся выстраивать действенные механизмы проверки с самого начала, а не достраивать их позже, когда обход уже станет массовым. Реализация может оказаться не менее важной, чем сам факт принятия закона».

Соавтор исследования, поведенческий учёный Люк Вулфенден из Университета Ньюкасла, обращает внимание на ключевую переменную: насколько последовательно и строго системы подтверждения возраста будут применяться со временем. Сегодня проверки опираются в основном на самодекларацию или фотографию, и оба способа оставляют простор для обхода — особенно для технически подкованных подростков, мотивированных оставаться на связи с друзьями.

Международный контекст и значение для СНГ

Австралийский закон стал тестовым полигоном для всего мира. Похожие ограничения уже обсуждают или вводят Великобритания (где регулятору поручено заранее определить работающие способы проверки возраста), Франция, Норвегия и ряд штатов США. При этом подходы разнятся: одни страны делают ставку на жёсткие запреты, другие — на «дизайн, безопасный для детей», цифровую грамотность и обучение родителей.

Для читателя из стран СНГ тема не абстрактна. Вопросы возрастной верификации, защиты несовершеннолетних от вредного контента и ответственности платформ обсуждаются и в России, и в Казахстане. Австралийский кейс наглядно показывает главный практический вывод: сам по себе запрет почти ничего не меняет, если за ним не стоит технически надёжная и единообразная система проверки возраста. Без неё подростки находят обходные пути за считаные минуты, а формальный «возраст 16+» рискует остаться лишь галочкой на экране.

Почему с выводами стоит подождать

Сами авторы признают, что делать окончательные выводы рано: выборка небольшая, данные основаны на самоотчётах, а с момента вступления закона прошло всего три месяца. По их оценке, полностью оценить эффект подобного регулирования можно будет лишь спустя годы — возможно, около десяти лет. Сопроводительная редакционная колонка подчёркивает: полученные цифры — это ранние сигналы, за которыми стоит внимательно следить, а будущие исследования должны учитывать не только психическое здоровье подростков, но и «миграцию» аудитории на другие площадки и возможные непредвиденные последствия.

* Meta признана в России экстремистской организацией, её деятельность запрещена; принадлежащие компании социальные сети Facebook и Instagram заблокированы на территории РФ.