Первый, по утверждению создателей, полностью сгенерированный нейросетью полнометражный фильм для проката в Китае провалился в прокате — и это, возможно, напоминает инвесторам, что восторг вокруг технологии не обязательно превращается в спрос у зрителей.
Источник изображения — cartoonbrew.com
По оценкам, лента Sanxingdui: Future Past компании Bona Film Group собрала к понедельнику всего 1,21 млн юаней (около 181 000 долларов) после премьеры 23 октября. По данным Bona, бюджет научно-фантастического фильма превысил 10 млн юаней (около 1,5 млн долларов), а над проектом почти два года трудились около 100 человек. На день премьеры было запланировано более 10 000 сеансов — то есть у картины была масса возможностей найти своего зрителя.
Примечательно, что столь провальный старт случился всего спустя два месяца после того, как китайская аудитория полюбила совсем другую анимационную диковину — Niu Lai, малобюджетный фильм, снятый режиссёром Синь Юймэном и его матерью, сценаристкой Сунь Лифан.
Эта картина поначалу почти не привлекла внимания, собрав за первые десять дней после выхода 5 августа примерно 7700 юаней (около 1150 долларов). Но затем в сети разошлись фрагменты с её грубым моделированием, деревянной анимацией и причудливой игрой. Недостатки обернулись её обаянием, превратив безвестную ленту в общий зрительский опыт с трогательно нелепой парой авторов за кадром.
На сегодня Niu Lai собрала 64,29 млн юаней — почти 10 млн долларов. Прямое сравнение сборов, пожалуй, преждевременно, учитывая её собственный медленный старт, однако августовский прорыв показал: китайские зрители готовы покупать билеты на анимацию, лишённую почти всей той визуальной изощрённости, которую продюсеры и прокатчики обычно считают обязательной.
Стоит уточнить, что ни один из этих примеров не задаёт универсального правила об отношении публики к ИИ. Niu Lai выиграла от первоначальных насмешек, мемов и любопытства не меньше, чем от симпатии. И всё же её чудаковатая человечность дала зрителям то, что хотелось пережить сообща. А заявка Sanxingdui на статус прорыва в кинопроизводстве оказалась для аудитории, ищущей киночуда, куда менее убедительной.
