Новый сериал National Geographic — «Африка: Дикий дом Земли» (Africa: Earth's Wild Home) — один из самых амбициозных проектов канала. Это первая часть многолетней франшизы о живой природе, и в ней по максимуму задействована передовая съёмочная техника. О колоссальном разнообразии мест, героев и камер рассказал шоураннер проекта Гэвин Бойланд.
Над «Африкой» годами работали десятки операторов с самым разным оборудованием — от дистанционных камер-ригов и дронов до макрообъективов, супертелеобъективов и приборов ночного видения военного класса. Главной задачей было собрать из всего этого единую, визуально цельную историю, снятую множеством людей и совершенно разной техникой.
Как поясняет Бойланд, в фильмах о дикой природе обычно сначала находят интересную поведенческую историю животного, а уже затем решают, как лучше её снять, — и именно это диктует выбор технологии и подхода.
Ещё на старте вся команда — режиссёры и операторские группы — договаривалась об общем визуальном стиле. Во многом он строился вокруг характера героев: авторы стремились проникнуть в сознание животных и показать мир их глазами.
Горы Дракенсберг, ЮАР, на закате. Фото: National Geographic / Mario Brioschi
Погонщик с шестью верблюдами в дюнах Эрг-Шебби, Марокко. Фото: National Geographic / Alice Clarke
Звёзды и полная луна над дюнами в Тунисе. Фото: National Geographic / Bruno D'Amicis
Такой подход требовал нестандартных решений по камерам и оптике. Макрозондовые объективы на дистанционно управляемых камерах позволили снять невероятно детальные кадры насекомых и мелких млекопитающих; сверхчувствительные камеры с наклонно-поворотными механизмами впервые в мире зафиксировали, как карликовые крокодилы охотятся на летучих мышей в пещере; а самовыравнивающиеся подводные камеры в «противобегемотном» исполнении запечатлели одного из самых опасных млекопитающих Африки.
«Нам всегда хотелось ощущения, будто мы находимся в доме животного, в его среде», — отмечает Бойланд.
Иногда человек — важная часть истории животного, и команда обошлась с этим деликатно. Бойланд называет это подходом как в «Томе и Джерри»: людей чаще всего показывали лишь по пояс или со спины.
Оператор Люк Нельсон снимает африканских золотых волков на пересохшем озере в Сенегале. Фото: National Geographic / Hedvika Michnova
«Мы не хотели ощущения, что находимся в человеческом мире, — говорит шоураннер. — Именно этот стиль, присутствие в доме животных, и объединил множество разных манер съёмки».
Одна из самых сильных сцен сериала показывает, как морские черепахи отчаянно пытаются добраться до океана, фактически погибая на каменистом берегу. В документалистике о дикой природе счастливый финал далеко не гарантирован — природа бывает жестокой.
Зелёная черепаха, застрявшая на обнажившемся коралле во время отлива. Фото: National Geographic / Sacha Thorpe
Но затем на размытом фоне появляются ноги человека: камера вплотную следит за черепахой, борющейся за жизнь. Это трагичная история со светлым исходом — люди помогают черепахам преодолеть последний рубеж и добраться до воды, но делают это лишь тогда, когда иного выхода не остаётся.
«Это была по-настоящему интересная история», — признаётся Бойланд.
Съёмочной группе пришлось немало постараться, чтобы добраться до удалённого острова. Уже на месте держали в голове два возможных финала. В идеале черепаха сама доберётся до воды и выживет; но команда работала вместе с местными специалистами по охране природы, которые спасают черепах лишь в крайнем случае.
«Если они понимают, что черепаха не справится, тогда и вмешиваются. Где возможно, дают животному дойти самому», — поясняет шоураннер. В итоге сняли оба финала: одну черепаху, которая добралась до океана, и другую, которой это явно не удавалось бы, — её спасли.
Оператор Бенджамин Сэдд устанавливает камеру, чтобы снять зелёных черепах, выходящих на кладку ночью. Фото: National Geographic / Sacha Thorpe
Уже на монтаже стало понятно, насколько мощный материал получился: эпизод держит в напряжении до самого конца.
«Я видел эту сцену раз двадцать и всё равно каждый раз думаю, что черепаха не доберётся», — говорит Бойланд.
Для него именно человеческая составляющая делает эпизод таким вдохновляющим: люди причиняют природе немало вреда, но способны стать и источником важных перемен к лучшему.
«Об этих людях, которые патрулируют пляж и спасают черепах, можно было рассказать иначе. Но показать всё почти глазами самой черепахи — куда сильнее», — добавляет он, выражая надежду, что сцена вдохновит зрителей.
Взрослый лесной слон со слонёнком на поляне Дзанга-Бай. Фото: National Geographic / Kate Laurie
Три африканских пингвина среди камней на пляже Боулдерс-Бич, ЮАР. Фото: National Geographic / Virginia Quinn
Пятнистая гиена на берегу озера Элментейта, вдалеке — стаи фламинго. Фото: National Geographic / Alicia Russo
Сервал обитает на территории промышленного комплекса электростанции Секунда. Фото: National Geographic
Другие части «Африки: Дикий дом Земли» несут столь же вдохновляющие идеи об охране природы. По всему континенту и миру растёт низовое движение местных сообществ, улучшающих жизнь диких животных. Природоохрана смещается от масштабных программ к точечным инициативам, и всё больше свидетельств того, что усилия на местах бывают поразительно результативными.
Шесть мировых премьер
В сериале шесть мировых премьер, и каждая впечатляет сама по себе.
«Мы всегда надеялись найти новые истории, которые удивят зрителей, — говорит Бойланд. — Африка как континент хорошо знакома с точки зрения дикой природы, и нам хотелось уйти с проторённых троп и показать её с другой стороны».
И это удалось. На экране — самый маленький в мире крокодил, охотящийся на летучих мышей в кромешной тьме пещер; телевизионный дебют, возможно, самой милой и ворчливой лягушки в мире, чёрной дождевой лягушки; жук-«летающая тарелка», роющий траншеи, чтобы собирать воду из тумана; единственные в мире черепахи-хищники, охотящиеся на птиц; золотые волки, нападающие на пеликанов втрое крупнее себя; и фоссы, сражающиеся за партнёров. А ещё — редко наблюдаемая сцена, где шимпанзе палочками достают водоросли из прудов.
«Чёрная дождевая лягушка — невероятный персонаж, она покорит интернет своей популярностью», — смеётся Бойланд.
Но один мировой рекорд выделяется для шоураннера особенно.
Дюны пустыни Намиб, старейшей пустыни на Земле. Фото: National Geographic
«В финальном эпизоде, „Экстремумы“, есть крошечный жук из Намибии. Эту историю первым нашёл один из наших исследователей, и поначалу я не мог в неё поверить, — рассказывает Бойланд. — Жук живёт в пустыне, но роет маленькие траншеи в песке и насыпает валики. Это прибрежная пустыня, и по утрам сюда приходит туман — единственный источник влаги. Он оседает на краях траншей и конденсируется в капли, а жук ходит вверх-вниз и пьёт воду».
«Я никогда не слышал о таком — чтобы жук „выращивал“ влагу посреди пустыни», — продолжает он.
«Для нашей профессии это невероятно воодушевляет: в мире ещё есть вещи, которые ни разу не снимали и толком не изучали. Учёные знали об этом жуке, но не понимали, как именно он это делает, — разобраться помогли именно съёмки».
«Самое поразительное вот что: туман приходит не каждый день, это зависит от погодных условий, и даже синоптикам трудно его предсказать. Съёмочная группа выходила ночью, и иногда жуки занимались своим делом, а иногда вовсе не появлялись».
«На следующий день жуки приходили и принимались рыть траншеи. И стоило им взяться за работу — наутро приходил туман. Если жуки бездействовали, тумана не было. Будто они умеют предсказывать его лучше людей. Это поразительно».
Карликовый крокодил выходит из заболоченных лесов Габона. Фото: National Geographic / Clement Kiragu
Белобрюхий панголин взбирается на дерево в заповеднике дикой природы в Либерии. Фото: National Geographic / George Woodcock
Мартышка-верветка ест фрукты. Фото: National Geographic / Clare Kingston
Сервал стоит внутри трубы на электростанции Секунда, ЮАР. Фото: National Geographic / Ellie Ryder
Самка фоссы на облюбованном для спаривания дереве. Фото: National Geographic
Взрослый берберийский макак и детёныш жмутся друг к другу, спасаясь от холода. Фото: BBC Studios Distribution Ltd
Ещё один запомнившийся Бойланду момент — не мировая премьера, но не менее яркий. «В Габоне, в Центральной Африке, мы слышали рассказы и видели одну фотографию слона-самца, который спускался по реке к водопаду Конгу. Это очень глухое место, — объясняет он. — Был лишь один зернистый снимок, сделанный когда-то с вертолёта, где слон стоит у самого края водопада. Никто не знал наверняка, что он там делает, и мы отправили туда команду с дроном».
Дрон проследил за слоном до самого водопада — и оказалось, что животное выходит к самой кромке, на край обрыва.
«Некоторые кадры выглядят просто невероятно. Мы рискнули», — говорит Бойланд. Риск оправдался.
Электростанция Секунда в ЮАР во время грозы. Фото: National Geographic
Фенёк в песчаных дюнах Сахары. Фото: National Geographic
Сомалийский слоновый прыгунчик на лавовых полях Джибути. Фото: National Geographic / Robin Cox
Премьера «Африки: Дикий дом Земли» — 2 октября
И это лишь одна из множества поразительных историй и визуальных сцен сериала — смотреть его по-настоящему увлекательно.
Проект потребовал огромной команды операторов, звукоинженеров, режиссёров и других специалистов: более 100 экспедиций, съёмки в 33 странах и свыше 300 дней работы в полевых условиях.
Сью Гибсон снимает из автомобиля на камеру RED с длиннофокусной оптикой; режиссёр Мэттью Андервуд наблюдает из машины. Фото: National Geographic / Virginia Quinn
Оператор Доминик Гамильтон снимает гепарда в горах Снееуберг. Фото: National Geographic / Virginia Quinn
Джонни Разафинариву устанавливает фотоловушку на дереве на Мадагаскаре. Фото: National Geographic / Alice Marlow
Оператор Джон Эйтчисон снимает из укрытия. Фото: National Geographic
«Мы всегда говорим: сценарий пишет сама природа. Никогда не знаешь, что произойдёт», — подытоживает Бойланд.
Премьера «Африки: Дикий дом Земли» состоится 2 октября на канале National Geographic, а днём позже сериал выйдет на Disney+ и Hulu.
