В октябре хоррор любят все. Каждый год с приходом «жуткого сезона» даже самая робкая бабушка не прочь включить что-нибудь, от чего по коже пробегут мурашки. Но для тех, кто смотрит ужасы все 12 месяцев в году, октябрь — повод поднять планку и устроить себе настоящий отвратительный пир из тошнотворных сцен. К счастью, выбор огромен, и ниже собраны 10 лучших представителей дурного вкуса.
Источник изображения — denofgeek.com
Впрочем, «дурного вкуса» с оговорками. Даже у любителей мерзости есть свои стандарты, поэтому зададим пару правил. Во-первых, мы здесь, чтобы повеселиться, а не всматриваться в бездну, поэтому пустых провокаций ради провокаций (вроде «Человеческой многоножки», «Сербского фильма» и «Кофейного столика») избегаем. Во-вторых, нам нужен не просто мерзкий, но и хороший фильм. Поэтому если лента ценна лишь как нарезка убийств (привет, Hatchet и Terrifier), включать её смысла нет.
С этими границами и приступим — заодно начнём их нарушать несколькими липкими классиками жанра.
«Кровавый пир» (Blood Feast, 1963)
Сразу же нарушаем собственное правило, включая «Кровавый пир» 1963 года — фильм, который всерьёз «хорошим» никто не назовёт. Но какой список гор-кино обойдётся без «крёстного отца гора», режиссёра Хершелла Гордона Льюиса? Вместе со сценаристкой Эллисон Луизой Даун он выстроил минимальный сюжет лишь ради невиданных прежде на экране сцен расчленения.
История о детективе, что выслеживает кейтерера Фуада Рамзеса (Мэл Арнольд), который убивает женщин ради кровавого пира, призванного воскресить богиню Иштар. Повествованию приходится многое прощать, но вот жути в кадре оправдания не нужны: болезненные образы шокируют и сегодня, спустя более 60 лет после выхода.
«Ночь живых мертвецов» (Night of the Living Dead, 1968)
У Джорджа А. Ромеро не было ярких красок для его дебютного полного метра. Камеры, одолженные с основной работы — съёмок промышленных роликов и эпизодов «Соседства мистера Роджерса», — давали лишь зернистое чёрно-белое изображение. Но и этого хватило, чтобы сделать историю о восстающих из могил мертвецах по-настоящему тошнотворной.
Большую часть фильма нежить (слово «зомби» в ленте ни разу не звучит — Ромеро считал своих монстров «упырями») просто угрожающе бродит вокруг. Но ближе к финалу жути прибавляется: маленькая девочка убивает и пожирает родителей, а упыри обгладывают незадачливую пару.
«Зомби 2» (Zombi 2, 1979)
Всякий, кто застал расцвет видеопроката эпохи VHS, помнит «Зомби 2» — хотя бы по обложке. «Мы вас съедим!» — гласила надпись над гниющим лицом с червями, ползущими из глазницы. И жуткая картинка оправдывается самим фильмом.
Лента режиссёра Лючио Фульчи по сценарию Элизы Бриганти подхватывает там, где остановился Ромеро, и описывает нападение нежити на маленький карибский остров. Среди тревожных образов — печально знаменитая сцена с расщеплённой дверью и глазным яблоком.
«Извне» (From Beyond, 1986)
В 1980-е мало кто, кроме, пожалуй, Фрэнка Хененлоттера, снимал умное и мерзкое кино лучше Стюарта Гордона. Выходец из экспериментального театра, Гордон вместе с продюсером Брайаном Юзной и легендой спецэффектов Джоном Карлом Бюхлером создавал фильмы, бросавшие вызов и интеллекту, и желудку зрителя.
Таков и его «Извне» 1986 года по Лавкрафту — о группе исследователей (Джеффри Комбс и Барбара Крэмптон) под началом безумного доктора Преториуса, изучающих иное измерение. Открытие приводит к череде пугающих трансформаций и роскошно склизких неоновых образов.
«Живая мертвечина» / «Мозгоеды» (Braindead, 1992)
До сих пор удивительно, что уважительные экранизации «Властелина колец» снял Питер Джексон. До приключений в Средиземье он снимал в родной Новой Зеландии мерзкие малобюджетки, и самая печально известная из них — известная в США как Dead Alive, а в оригинале Braindead.
В соавторстве со Стивеном Синклером и Фрэн Уолш Джексон рассказывает о Лайонеле Косгроуве (Тимоти Балм), который не может отделиться от властной матери. Кризис усугубляется нашествием зомби, порождённых укусом суматранской крысообезьяны, — и Лайонелю приходится браться за крайне кровавые меры.
«Пила 3» (Saw III, 2006)
Спустя 20 лет мода на «пыточное порно» 2000-х кажется едва ли не безобидной. Но тогда критики видели во франшизах вроде «Пилы» и «Хостела» конец цивилизации, отметая их как набор жестоких сцен.
Хотя всякий, кто правда смотрел «Пилу», знает, что сюжета в серии даже с избытком. При этом именно «Пила 3» отличается самыми мерзкими ловушками — от механизма, выкручивающего тело жертвы, до печально известной ловушки со свиными потрохами.
«Токийская полиция крови» (Tokyo Gore Police, 2008)
Японский сплэттер в списке был обязателен, и с извинениями перед «Ити — убийцей» выбор пал на «Токийскую полицию крови» — в названии ведь прямо есть «кровь». Эихи Сиина играет Руку, бойца спецотряда, созданного для борьбы с Инженерами — биомеханическими воинами безумного учёного по прозвищу Ключник.
Инженеры не просто сверхлюди: из любых их ран прорастает оружие, превращая их в чудовищных гротескных тварей. Режиссёр Ёсихиро Нисимура держит происходящее достаточно мультяшным, чтобы зритель не лишился чувств от фонтанов крови.
«Мученицы» (Martyrs, 2008)
Чтобы завершить троицу гор-кино 2000-х, отправимся в Европу — к «новой французской крайности». Многие такие фильмы делали ставку на психологическую пытку, что выводит их из нашего списка, но «Мученицы» Паскаля Ложье сочетают тяжёлую историю с тошнотворными образами так, что их не обойти.
В центре — Люси и Анна (Милен Жампаной и Морджана Алауи), которых в детстве год держали в плену и пытали. Повзрослев, Люси возвращается на место заточения ради мести и постепенно узнаёт о религиозном фанатизме, стоявшем за похищением.
«Зловещие мертвецы» (Evil Dead, 2013)
Сэм Рэйми и сам не чурается крови. Но когда Феде Альварес с соавтором Родо Саягесом решили убрать комедию из франшизы и вернуть её к мрачным корням, они сняли ремейк, на фоне которого оригинал 1981 года кажется чуть ли не «Армией тьмы».
«Зловещие мертвецы» 2013 года повторяют базовый сюжет оригинала: компания молодёжи (во главе с Мией в исполнении Джейн Леви) собирается в хижине в лесу и сталкивается с одержимостью, прочитав строки из страшной книги. Только теперь одержимые кромсают себя осколками стекла и электроножами, а всё ведёт к кровавой кульминации.
«Грусть» (The Sadness, 2021)
Даже без выхода на волне глобальной пандемии «Грусть» оставила бы зрителя с тошнотой. Тайваньский боди-хоррор канадца Роба Джаббаза рассказывает о вирусе, который заставляет людей поддаваться худшим порывам, что рождает череду тревожных сцен.
В отличие от похожих лент, «Грусть» избегает превращения в набор сцен страдания, сосредоточившись на паре — Джиме и Кэт (Берант Чжу и Регина Лэй), которых разлучает вспышка, ведь он не воспринял угрозу всерьёз. Несмотря на нависшее ощущение обречённости, они придают фильму достаточно человечности, чтобы заземлить отвратительные моменты.
