Писателя Энди Вейра, автора «Марсианина» и «Проекта „Аве, Мария“», можно смело добавить в длинный список тех, кто фантазировал, как могли бы пересечься вселенные «Звёздного пути» и «Звёздных войн». По сути, об этом хоть раз размышлял едва ли не каждый фанат фантастики: обе франшизы во многом схожи, а спор о том, какая из них лучше, не утихнет никогда.
Источник изображения — slashfilm.com
В разговоре с изданием Inverse Вейр признался, что как-то предлагал идею сериала по «Звёздному пути», но раскрывать её отказался — в надежде когда-нибудь воплотить. Зато он охотно поделился своими фанатскими задумками о кроссовере «Звёздного пути» и «Звёздных войн» и о том, в какой точке таймлайнов обеих франшиз он бы его расположил.
Напомним, что «Звёздный путь: Оригинальный сериал» разворачивается в галактике Млечный Путь в XXIII веке, тогда как любая история «Звёздных войн» происходит «давным-давно в далёкой галактике». Чтобы свести две вселенные, потребовалось бы немало вольностей с реальностью. Как же быть? Вейр предлагает соединить события «Новой надежды» (1977) и «Гнева Хана» (1982) через сочетание мощнейшего взрыва и экспериментальной терраформирующей технологии. Иными словами: что, если активация устройства «Генезис» в «Гневе Хана» и уничтожение первой «Звезды Смерти» в «Новой надежде» вызвали общий разрыв в пространстве-времени?
«Про себя я зову это „Star Star“», — лукаво добавил Вейр.
Источник изображения — slashfilm.com
Кроссовер Энди Вейра привёл бы Дарта Вейдера во вселенную «Звёздного пути»
Напомним: «Звёздные войны. Эпизод IV — Новая надежда» завершаются тем, что пилоты Повстанческого альянса используют уязвимость планетоубийственной станции Галактической империи — «Звезды Смерти» — и обращают её в космические обломки. А «Звёздный путь II: Гнев Хана» кульминирует тем, что одержимый местью сверхчеловек Хан Нунан Сингх (Рикардо Монтальбан) активирует экспериментальное терраформирующее устройство «Генезис», пытаясь уничтожить «Энтерпрайз» вместе с адмиралом Кирком (Уильям Шатнер).
«Идея в том, что срабатывание „Генезиса“ в финале „Гнева Хана“ разрывает ткань реальности. То же делает и взрыв „Звезды Смерти“ в „Новой надежде“. Так возникает червоточина Явин/Мутара. Затем, как я это вижу, туда отправляется „Энтерпрайз“ — и с этого момента истории расходятся с каноном».
По мысли Вейра, повстанец Люк Скайуокер (Марк Хэмилл) и жестокий имперец Дарт Вейдер (Дэвид Проуз и Джеймс Эрл Джонс) оказались бы во вселенной «Звёздного пути», ведь в момент взрыва «Звезды Смерти» оба находятся в своих кораблях. Для Вейдера это стало бы удачей: его увечья без труда исцелил бы главный врач «Энтерпрайза» доктор Маккой (ДеФорест Келли). Не исключено, что в ответ на такое сострадание Вейдер осознал бы свои заблуждения — что вполне в духе оптимизма «Звёздного пути».
Источник изображения — slashfilm.com
А ещё Вейр представляет Спока в роли призрака Силы
Примечательно, что на момент событий «Новой надежды» Люк ещё не знает, что Вейдер — его отец Энакин Скайуокер. Так что представьте, насколько иначе всё могло бы обернуться, узнай Люк правду после того, как Маккой исцелил бы Вейдера и телесно, и духовно.
И это не всё. Вейр пофантазировал и о том, что случится, когда «Энтерпрайз» окажется в далёкой галактике «Звёздных войн». По его мнению, Сила — явление локальное, присущее только вселенной «Звёздных войн». А значит, некоторые члены экипажа внезапно стали бы к ней восприимчивы.
«Когда „Энтерпрайз“ попадает во вселенную „Звёздных войн“, Спок (Леонард Нимой) мёртв — ведь это финал „Гнева Хана“, — но затем он становится призраком Силы. А у Сулу (Джордж Такэй) обнаруживаются врождённые способности джедая, которые проявляются, стоит ему там оказаться».
То есть Спок в облике призрака мог бы общаться с экипажем «Энтерпрайза». А способности Сулу к Силе? Выглядит довольно случайно, но почему бы и нет. То, что всё это держится на пространственно-временных кульбитах, тоже уместно: как-никак, в душе Вейр прежде всего большой поклонник «Доктора Кто».
